Неточные совпадения
Задолго до Ломоносова находим в России красноречивых
пастырей церкви, которые, возвещая
слово божие пастве своей, ее учили и сами
словом своим славилися.
Ведь стоит только человеку нашего времени купить за 3 копейки Евангелие и прочесть ясные, не подлежащие перетолкованию
слова Христа к самарянке о том, что отцу нужны поклонники не в Иерусалиме, не на той горе и не на этой, а поклонники в духе и истине, или
слова о том, что молиться христианин должен не как язычник в храмах и на виду, а тайно, т. e. в своей клети, или что ученик Христа никого не должен называть отцом или учителем, стоит только прочесть эти
слова, чтобы убедиться, что никакие духовные
пастыри, называющиеся учителями в противоположность учению Христа и спорящие между собою, не составляют никакого авторитета и что то, чему нас учат церковники, не есть христианство.
В обществе, главным образом, положено было избегать всякого
слова о превосходстве того или другого христианского исповедания над прочими. «Все дети одного отца, нашего Бога, и овцы одного великого
пастыря, положившего живот свой за люди», было начертано огненными буквами на белых матовых абажурах подсвечников с тремя свечами, какие становились перед каждым членом. Все должны были помнить этот принцип терпимости и никогда не касаться вопроса о догматическом разногласии христианских исповеданий.
Всегда облекал он свои мысли изящными выражениями, потому что золотому яблоку в чаше из прозрачного сардоникса подобно
слово, сказанное умело, и потому также, что
слова мудрых остры, как иглы, крепки, как вбитые гвозди, и составители их все от единого
пастыря.
Но духовный
пастырь должен быть суров, он обязан знать и говорить особенные, пронзающие
слова, обязан возбуждать страх пред грехом, отвращение ко греху.
— Место свято пусто не живет, да и верующие в него тоже. Духовные сановники вскоре всем собором избрали на упразднившееся место в московские
пастыри суздальского святителя Филиппа. Этот муж, разумный и красноречивый, силой
слова разогнал во имя Божье эту челядь, а нас просветил надеждой, проповедуя об испытании и покорности рабов земных Отцу нашему небесному, чадолюбивому.
Сбылись и священные
слова нашего
пастыря: «молитесь и дастся вам».
— Место свято пусто не живет, да и верующие в него тоже. Духовные сановники вскоре всем собором избрали на упразднившееся место в московские
пастыри суздальского святителя Филиппа. Этот муж, разумный и красноглаголивый, силою
слова своего разогнал во имя Божие эту челядь, а нас просветил надеждою, проповедуя об испытании и покорности рабов земных Отцу нашему Небесному, чадолюбивому.
Это было до такой степени обыкновенно в раскольнических скитах, что вскоре
слово «скит» (обитель, монастырь) и
слово «секта» (толк, согласие) сделались синонимами не только в разговорном и официальном языке законодательства XVII и XVIII ст., но даже и в сочинениях
пастырей православной церкви.
— Великое дело совершил ты надо мной, добрый
пастырь стада Христова, — начал Синявин, сделав три земных поклона, — свет пролил мне в душу
словом Божиим, просветлил мой ум, и совесть моя чернее ночи мне показалась. Помоги мне и ее осветить светом истины. Помолись за меня, великого грешника, отец мой духовный!
Струи его пробиваются, наконец, в самом
слове церковных
пастырей —
слове простом, некрасноречивом, но замечательном по стремлению стать на высоту того святого бесстрастия, на которую определено взойти христианину, по стремлению направить человека не к увлечениям сердечным, но к высшей, умной трезвости духовной.
Если же вас, во время ли описаний, которые вы станете делать для меня, или же во время ваших собственных исследований всяких недугов, будут слишком поражать наши печальные стороны и возмутится ваше сердце, — в таком случае советую вам беседовать об этом почаще с архиереем; он же, как видно из
слов ваших, умный человек и добрый
пастырь.